Из истории авиабазы Кипелово:

27.05.1965 экипаж командира 392 ОДРАП п/п-ка Федотова А.С. с инструктором п/п-ком Гладковым И.Ф. выполнил первый полет на полный радиус действия самолета Ту-95РЦ.

Вы не авторизованы.


 

24 Отдельный Противолодочный Авиационный Полк Дальнего Действия

Воспоминания Головачева Виктора Ивановича о годах службы в 24 ОПЛАП

Головачев Виктор Иванович

Старший техник ПЛК Ил-38 24 ОПЛАП (1968-1970)

Я был призван из запаса в октябре 1968 года после окончания Ленинградского института авиационного  приборостроения. В штабе КСФ  получил назначение в Кипелово, в 24 ОПЛАП старшим техником ПЛК. Полк формировался, личный состав прибывал отовсюду, и из училищ, из действующих частей, и очень много из запаса. Техническая служба более чем наполовину состояла из так называемых «тотальников», как называли запасников. В летном составе много запасников было в числе операторов СПИУ, в основном выпускники Ленинградского лесотехнического института.

В октябре 1968 года в полку было всего 5-6 самолетов, но  регулярно поступали новые. Общежития не было. Вернее оно было, но очень маленькое и было нашей недоступной мечтой. Жили мы все на втором этаже казармы. На первом жили матросы. Казарма двухэтажная, находилась недалеко от дороги на Кипелово. Условия были непростые. 80-100 человек в одном помещении, каждый из которых имел свой транзисторный приемник, модный в то время. Кроме этого: пинг-понг, бильярд и все это «в одном флаконе». Помню, нас посетил командующий авиацией КCФ. Я запомнил его слова обращенные к нам: «Товарищи, мы от вас потребуем большего, чем можем дать».
 
В конце ноября 1968 года весь полк (2 эскадрильи), летный и технический составы были отправлены в Николаев для обучения. В начале 1969 года началась более или менее нормальная служба. Командиром полка был тогда подполковник Потапов, начальником штаба – подполковник Лапидус. Сформированные экипажи много летали на североморские полигоны. Первая эскадрилья была полностью сформирована летом 1969 года. Формирование второй продолжалось до конца 1970. Полк и далее остался в составе двух эскадрилий. Весной 1970 года полк принимал участие в известных, масштабных учениях «Океан», где отличился экипаж командира полка по успешному поиску подводной лодки. Если не ошибаюсь, тогда Потапов был награжден орденом. Техника и люди работали хорошо. За два года моей службы в полку была только одна предпосылка к летному происшествию на посадке по вине экипажа.
 
Были нарекания к ПЛК «Беркут» по причине низкой надежности комплекса. Первая самолетная цифровая ЭВМ «Пламя» была собрана  на огромном числе полупроводниковых диодов, которые часто выходили из строя. По этой причине, при полетах с использованием ПЛК, экипажи часто брали с собой техника ПЛК, который мирно дремал весь полет на дополнительном сидении около кипятильника, т.к. устранить неисправность в полете все равно было невозможно.
 
Моим самолетом был №6. Будучи старшим техником ПЛК  мне приходилось очень часто летать «внештатно» с экипажем. Полеты были на полигон «Лумбовка», где бомбились практическими бомбами, имитируя торпедную атаку. Частыми были полеты с большим удалением  от береговой черты. В таких случаях предварительная посадка была в Североморске-1. Туда же и возвращались. Были варианты, когда вся эскадрилья на неделю или две перелетала в Североморск-1 и экипажи летали оттуда, в том числе и очень удаленными маршрутами. Керосин тогда не жалели. Я не помню такого  случая, когда в авиационно-технической базе не было керосина. Из экипажа нашего самолета помню штурмана-навигатора Никифорова. Помню начальника разведки полка Гребенюка, который практически был правой рукой и заместителем начальника штаба Лапидуса. Хорошо помню инженера эскадрильи майора Ладыгина.
 
В полку особым авторитетом пользовались два человека – это Потапов и Лапидус. Причем, они разительно различались. Если командир полка Потапов был подтянутым, строгим, лаконичным и интеллигентным офицером, то начальник штаба Лапидус был его полной противоположностью. Полный, нестроевой, любитель крепкого словца, но всегда и везде поспевающий человек. Причем Потапов его ценил, поскольку формирование полка в короткое время – дело многотрудное и без такого начальника штаба ему было бы очень невесело. Необходимо учитывать и то, что личный состав формировался из тех, от кого избавились в других частях и из штатских людей.
 
Потапова в полку уважали и побаивались. Ему тогда было чуть за 30 лет и уже полковник. Никто не сомневался, что он будет генералом. Его жена, очень красивая женщина, работала в санчасти врачом. На фоне обычно мрачного Гладкова, Потапов производил «мажорное» впечатление. Ну и, конечно же, производила впечатление его речь – очень правильная, лишенная сорных слов, лаконичная, всегда по делу и без намека на нецензурщину. Последнее восполнял Лапидус в отсутствие командира. При Потапове вообще никто не матерился.
 
Помню интересный случай, касающийся борьбы с неуставными отношениями среди срочной службы. Появился новый матрос родом из  Азербайджана. Ему очень часто приходили посылки с винами, денежные переводы и вскоре он стал «шейхом» в кубрике. Как это стало известно, был построен весь полк, и в присутствии Потапова Лапидус образно объявил, что 24 полк – это не буфет и не чайная. Матроса на гауптвахту на максимальный срок и впредь старшина эскадрильи должен был ходить с матросом на почту, вскрывать посылки, выливать тут же вино, а денежные переводы возвращать отправителю. Подействовало.
 
И еще помню, что в полку стоял личный Ил-18 Главкома Горшкова с нашим экипажем, который примерно раз в месяц летал с Главкомом.
 
Летом 1969 года нас всех расселили. Были построены Дом офицеров и еще два пятиэтажных дома справа при движении к нему. Семейные (летный состав) получили квартиры, а мы, холостяки, заселились в квартиры из расчета 6 человек на двухкомнатную квартиру. После казармы для нас наступила бытовая благость. В октябре 1970 года, отслужив два года, я, как и подавляющее большинство запасников, демобилизовался, хотя большинству из нас предлагали оставаться служить далее.
 
По мере демобилизации тотальников, их замещали кадровыми офицерами. В летном составе тотальники летали операторами СПИУ. Их заменяли специалистами из числа техников ПЛК как наиболее подготовленных по специальности. Технический состав, а это 5 человек офицеров, заменялся выпускниками военных технических училищ, благо Ил-18, Ан-10, Ил-38, Ан-24 имели много общего (двигатели, оборудование и т.п.). Хуже дело обстояло с обслуживанием «Беркута». Это был первый такой сложности комплекс, и даже Николаевский центр в то время не был готов обучать специалистов по обслуживанию. По этой причине серьезное обслуживание, а тем более ремонт «Беркутов» все это время выполняли представители промышленности, которые безвылазно жили в Кипелово.
 
Из своих сотоварищей помню лейтенантов: Анатолий Готин, Сергей Полторухин, Виктор Муравьев, Иван Будько, Александр Поляков.
 
Сейчас, по прошествии 40 лет, с добрыми чувствами вспоминаю то время и свою службу в 24 ОПЛАП.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить